Время чтения:8 мин., 31 сек.

Женская тюрьма – место, где переплетаются судьбы заключенных. Здесь можно встретить милых девушек, оказавшихся тут совершенно случайно. Но чаще всё-таки видишь женщин, которых сюда привела жизнь, их поступки и образ мышления. Какие они, нарушительницы закона, попирательницы общественных норм и правил?

Мария – человек с тяжёлой судьбой. Глядя на неё сейчас, не возникнет и мысли, что эта симпатичная, милая женщина отсидела срок. Маша попросила нас не фотографировать её, потому что не хочет чтобы её узнали.

— Мария, расскажите о своем детстве.

— Я была очень странным ребенком. Агрессия из меня просто выливалась ведрами. Дралась со сверстниками. Лезла в драку первой, чтобы не казаться слабой. Таким образом, спасалась от нападок одноклассников и других ребят.

Мама работала мастером на лесозаготовительном комбинате. Постоянно имела дело с мужиками. Но они её всегда уважали и слушались. Она же начальник для них. Никогда не материлась, не пила, ну только по праздникам. В доме всегда было чисто и наготовлено.

А вот с отцом мне не повезло. Он ушёл, когда мне было 4 года. Через какое-то время появился отчим. Он был дальнобойщиком. Это первый человек, который дал мне наркотик. В 13 лет. Это был кокаин. А потом он изнасиловал меня в первый раз. Маме я не сказала, боялась, что не поверит. Так и жила. Отчим меня насиловал дома, а я дралась на улице.

К 15 годам плотно подсела на наркоту. Познакомилась с ребятами, с которыми мы и проводи всё время. Школу почти забросила. Деньги искали, где только могли. Я начала расплачиваться за дозу телом.

— Как Вы оказались на улице?

— Из дома сбежала в 16 лет. Меня там и видеть то не хотели. Вынесла оттуда почти все, что плохо лежало. Готова была сделать что угодно за дозу. Это время вспоминаю с содроганием. Могла не мыться неделями. Помню жирного мента, который насиловал меня в подъезде заброшки. Он приносил колёса. Было неимоверное количество притонов, чердаков, подвалов. Спала я обычно в подъездах домов. Оттуда меня часто вышвыривали жители, бывало, в одних носках.

— Есть какой-то особый день, который запомнился из всего этого ада?

— Есть. Помню, была зима. А у меня температура под 40. В кармане ни копейки, не ела уже пару дней. Ноги намокли и окоченели, потому что ботинки порвались. Сижу я, значит, на лавочке на морозе в темноте и смотрю в окна домов. А там улыбающиеся семьи обнимают друг друга возле новогодней ёлки. Взрослые дарят детям подарки. Мимо меня проходят люди с предпраздничным настроением. А я как будто невидимка для них. И чувствую себя так, будто меня действительно не существует. Наверное, это были галлюцинации от жара или от ломки. Но тогда я подумала, почему я здесь? Я должна быть там, за окном, в тепле уютной квартиры. А родители должны дарить мне подарки и нежно обнимать. Перед глазами заплясали воспоминания из детства: красиво украшенная ёлка, счастливые мама и папа, они обнимают меня и очень вкусно кормят. Так я и лежала на этой скамейке, то проваливаясь в бред, то выныривая обратно в жуткую реальность.

Под утро кто-то всё же вызвал скорую. Если бы не эти люди, я умерла бы на этой лавочке, грезя о давно ушедшей жизни. Меня отвезли в больницу, подлечили и отпустили. И я пошла скитаться дальше.

— Как вы попали в тюрьму?

— Я в очередной раз была на хате у каких-то барыг, и нас накрыли. Мне дали условно, поставили на учёт, нужно было ходить и отмечаться. Следили жёстко. Я устала бегать к ним, и докладывать где я была и что делала. И забила на отметки. Меня подали в розыск и поймали с дозой в кармане. Посадили на 5 лет по статье 74 (отмена условного осуждения или продление испытательного срока) и еще впаяли 228.2 (нарушение правил оборота наркотических средств или психотропных веществ).

Женская тюрьма — ужасное, тёмное место! В камере размером 15 метров размещалось 10 человек. По стенам койки в три этажа, уходящие под потолок. Посередине стол, прикрученный к полу. Также были туалет и холодильник. Можете себе представить, как приятно там находиться. К тому же выходить никуда нельзя, только на прогулку раз в день. А место для «променада» — такая же камера, только потолок заменяет решетка. Еду давали через окошко в двери.

Там меня накрыла ломка. О, это незабываемые ощущения! Три недели меня рвало, к этому прибавилась диарея. Было ощущение, что тебя выворачивает наизнанку. Как будто кости ломали снова и снова. И температура скачет от повышенной до супер пониженной, как у трупа. Выкарабкалась благодаря местным врачам. Давали мне какие-то таблетки, лечили от обезвоживания. С тех пор я ни разу не принимала.

— В тюрьме Вы начали писать стихи?

— Да. До этого никогда не наблюдала за собой склонности к стихосложению — печально улыбается Маша. Женская тюрьма открывает в человеке скрытые таланты. Когда сидишь в четырёх стенах, нужно себя чем-то занять. Оказалось у меня неплохо получается. Не Пушкин, конечно, но время скоротать помогало. А в колонии я ещё и рисовать начала. Это меня соседки надоумили. Говорят, если со стихами справляешься, то и масло осилишь. У меня до сих пор сохранились эти картины и стихи. Иногда перечитываю, когда нахлынывают негативные эмоции. Напоминают о том, что все не так плохо сейчас.

Мария разрешила нам сфотографировать её картины. Она желает каждой девушке, побывавшей в местах не столь отдаленных, найти себя.

«Мечта о море»
«Мечта о горах»
«Грёзы о море»
женская тюрьма
«Грёзы о горах»

— А как же тюремная любовь?

Мария усмехнулась, отведя в сторону глаза.

— Смотря, в каком понимании. Была ли я влюблена в кого-то? Да. Уже в колонии познакомилась с девочкой. С ней было легко и тепло на душе. Но то была платоническая любовь. Иришка тоже писала стихи, и у неё получалось намного лучше, чем у меня. Её произведения завораживали, цепляли за душу, поднимали к небесам. Она помогла мне вылезти из жутчайшей депрессии, которая появилась после отмены наркотиков. Так скажем, была моим личным психологом, только бесплатным. Женская тюрьма очень способствует таким отношениям. К сожалению, Иришки уже нет в живых. Трагическая случайность – сбил пьяный недочеловек на машине. Его, кстати, посадили. На свободе она пробыла всего пару месяцев. Так жаль девчонку! Она и в тюрьму то попала случайно, не была виновна в том, в чем её обвиняли. Следаки её подставили. Ириша тогда была, наверное, единственным человеком в мире, который понимал меня и не осуждал за прошлое.

— Вы говорите, что тюрьма и колония отличаются? Чем?

— Да, отличия кардинальные. Пока доберешься до основного места отбывания срока, побываешь в нескольких тюрьмах. Они, в общем то, все похожи друг на друга. Женская тюрьма — клоака этого мира. Но колония дело другое. Мне повезло, я попала в хорошую, похожую на пионерлагерь. Там всегда было чисто, хорошо кормили, в отличие от тюрьмы. Если честно, это было первое место в моей жизни, где я была, скажем так, счастлива. Не надо было думать, где я буду сегодня спать, что есть и где достать денег. В сравнении с моей прошлой жизнью, там был Рай.

В нашей колонии было производство шлакоблока, так что работы хватало всем. И платили нам хорошо. Хватало на вещи первой необходимости: прокладки, сигареты, сладости. Как я говорила, там я начала писать картины, познакомилась с Иришей. Это были одни из лучших лет моей жизни.

Единственное, что раздражало, это распорядок дня. Подъём в 5:45, работа с 8 утра до 4 вечера. Но я часто брала дополнительные смены, чтобы побольше заработать. Потому что те же краски стоят очень дорого. Обычно в месяц я зарабатывала около 15 тысяч, это с доп. сменами. Но мне хватало. Соблазнов, как на воле там нет. Поэтому твои потребности минимальны.

— Были какие-то неприятные случаи в колонии?

— Конечно. Когда я только туда приехала, автоматически попала в «низший» класс. Обычно со всеми так. Дедовщина там процветает похлеще, чем в армии. На меня постоянно орала бригадир, материла. Так она выслуживалась перед начальством. Я поначалу не поняла, как надо реагировать и послала её в пешее эротическое. Глупой была, эмоциональной.

Меня изолировали на 2 недели. Изоляция – это когда ты сидишь в маленькой комнатушке без окон и выходишь оттуда на час в день прогуляться в одиночестве. Никаких посещений и свиданий, никакого общения, ешь тоже там. И вот представьте, сидишь ты на твердом шконаре без матраца, почти в темноте. Свет пробивается только через открытое окошко в двери, которое предназначено для передачи пищи. Комнатка 2 на 2 метра. В углу отхожее место, которое воняет неимоверно, а свежего воздуха нет. Сидишь и думаешь: а так ли сильно на тебя кричала та бабёнка? Неужели ты не могла промолчать, стерпеть? Ведь и не такое испытывала.

Больше я ни на кого не повышала голос.

насилие в женской тюрьме
женская тюрьма

— А что насчет красоты? Как женщины ухаживают за собой?

— Предметы личной гигиены: прокладки, туалетную бумагу, мыло выдают раз в месяц. Но того что дают не хватает, конечно. Приходится докупать на заработанные в колонии деньги в местном ларечке. Он находится на территории, и с продавцами можно договориться. Я так выторговывала краски.

Женская тюрьма — не конкурс красоты. Но, в нашей колонии не запрещали пользоваться косметикой, в разумных пределах, конечно. Самое основное: неярка помада, тушь для ресниц, карандаш для бровей. Несуразно смотрелись накрашенные девчушки в одинаковой зеленой робе. Но большинство не обращало на это внимание. Любой женщине хочется ощущать себя привлекательной. Я красилась редко, денег не хватало, все уходило на краски.

— Как сложилась Ваша жизнь после тюрьмы?

— Я считаю, хорошо. Сейчас у меня есть постоянная работа, приносящая хороший доход. Я пишу тексты для статей в интернет-журнале. Мне нравится. Сказался опыт написания стихов в тюрьме. Окончила художественную школу. Пишу маслом в свободное время. Но делать это основной профессией не хочу, по крайней мере, пока что.

Друзей теперь мало и то, наверное, они просто знакомые. С девчонками с зоны уже не переписываюсь, перелистнула ту страницу. Не хочу лишний раз вспоминать.

Есть постоянный молодой человек. У нас хорошие отношения — улыбается Мария. Он меня не обижает, я могу на него положиться. Игорь знает о моём прошлом и не осуждает. Поддерживает во всех начинаниях. Надеюсь выйти за него замуж. О детях мы не думаем. Боюсь, что моя разгульная молодость повлияет на развитие ребенка, поэтому рожать не буду.

Мария, рассказывая, нам свою историю несколько раз плакала. Было видно, как тяжело ей даются воспоминания. Но мы благодарны ей за откровенность. Надеемся, что все её идеи и стремления воплотятся в жизнь.

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем на темы, волнующие жителей страны. Мы с удовольствием делимся своими знаниями и интересными историями наших читателей.

Также мы помогаем подопечным благотворительного Фонда «Добрая Зебра». Вы тоже можете стать частью нашего большого сообщества. Ознакомьтесь с деятельностью фонда, с его подопечными или просто нажмите на кнопку «Помочь». Мы благодарны за каждый рубль!

ПОМОЧЬ

Довольный
Довольный
0 %
Грустно
Грустно
100 %
Восхищён
Восхищён
0 %
Уснул
Уснул
0 %
Сердитый
Сердитый
0 %
Удивительно
Удивительно
0 %
Поделиться:
Анастасия Соколова
Анастасия Соколова. Закончила СПбГУ на факультете Институт «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» (Факультет журналистики) по специальности журналистика. Люблю свою профессию.